Пограничники Беларуси. Июнь 1941 – август 1944 - Коллектив авторов

Ракутин.

Донесение начальника пограничных войск Прибалтийского округа13

23 июня 1941 г. 4 час. 10 мин. Вручить немедленно.

Из Таллина.

По данным начальника 12-го погранотряда НКВД, 22 июня 1941 г. в 22—30 под натиском превосходящих сил противника группа майора Черникова оставила Руцаву, отошла и закрепилась в районе Игнаткрос. Скопивпшхся в Руцаве до 20 человек раненых с врачом Алесковским вывезти не сумели. Предполагается, что они захвачены немцами. Убитых до 10 человек. Немцы против группы Черникова имели до полка, насыщенного станковыми пулеметами и минометами, имелись танки. Немцы подползают до 60 м и забрасывают минами. В силу подползаний на близкое расстояние немцы несут большие потери. В течение дня потеряли до 300 человек. Для поддержки высланные 67-й стрелковой дивизией батальон и рота с майором Черниковым не связались и где находятся – неизвестно. Командир 67-й стрелковой дивизии ведет подготовку к обороне Либавы.

Ракутин.

Донесение начальника пограничных войск Прибалтийского округа14

23 июня 1941 г. 8 час. 20 мин.

По телефону из Таллина.

Майор Черников с группой до 500 человек (5-я комендатура) и двумя саперными батальонами Красной Армии, выделенными командованием укрепленного района Паланга – Руцава, занимает оборону мызы Ница, ведет разведку. Соприкосновения с противником не имеет.

Из штаба отряда направлено Черникову 30 тыс. патронов, подброшены консервы и хлеб. Командир 67-й стрелковой дивизии обещал дать снаряды к пушке, имеющейся у Черникова.

Связь с Черниковым телефонная, через штаб 12-го отряда.

Дивизия выступила по направлению к границе на Палангу. Время выступления не установлено.

Майор Якушев в 5—40 23 июня 1941 г. с 60 бойцами и командным составом штаба (количество неизвестно) выбыл в военный городок Либава. Связи с ним нет. Посланы на розыски группы Якушева четыре красноармейца.

Предположительно, Якушев ушел с дивизией.

Черников отошел в 15—30 22 июня 1941 г. из района ст. Плеикис. При отходе имел потери: убитыми 10 пограничников и около 100 человек из саперного батальона. О раненых сведений нет.

Донесение начальника пограничных войск Прибалтийского округа15

23 июня 1941 г. 6 час.

По телефону из Таллина. Ракутин.

22 июня 1941 г. в 05—00 два батальона немцев перешли в наступление, но в 300 м на нашей территории они были остановлены силами частей Красной Армии и 105-го погранотряда. Два батальона обошли первую заставу 105-го погранотряда в направлении аэродрома в Паланге. К 08—45 противник занял Палангу и достиг участка 25-й заставы 12-го погранотряда. Застава вступила в бой.

Из журнала записи боевых донесений16

26 июня 1941 г. 14 час. 36 мин.

По телефону из Таллина. Ракутин.

О прибытии в Виндаву в 7—15 26 июня 1941 г. группы пограничников, в числе которых находился комендант погранучастка 105-го погранотряда капитан Курдюков. Со слов: Либава до 14—00 25 июня 1941 г. противником занята не была. Противник находится в районе Тасмарэ, в 2,5 км от военного городка Либавы. 24 июня 1941 г. в Либаве уничтожено шесть парашютистов противника.

Начальник 12-го погранотряда майор Якушев ведет бой на участках 16-й и 17-й застав.

Начальник штаба отряда майор Черников наступает на Руцаву.

Начальник 1-го отделения майор Кнехтцян находится в распоряжении военно-морской базы Краснознаменного Балтийского флота – Либавы.

Группа пограничников прибыла для связи со стрелковым батальоном.

Связь с Виндавой поддерживается обходным путем.

Из описания боев на границе пограничников [105] Кретингского пограничного отряда в первые дни войны

Не ранее 24 июня 1941 г.

Наш Кретингский пограничный отряд, командир отряда майор Бочаров, находился в Литовской ССР. Охранял сухопутную государственную границу, правым флангом упираясь в Балтийское море, левым уходя вглубь Литовской республики имел слева по стыку Таурагский пограничный отряд. Приняли мы на охрану этот участок 22 июня 1940 г.…

22 июня 1941 г. я с товарищем по службе ефрейтором Уваровым шел в штаб отряда на дежурство. Ровно в 3—50, не доходя метров 100 до штаба, мы услышали выстрел со стороны Германии в районе 3-й заставы, расположенной на западной окраине г. Кретинга (в этом же городе находился и штаб отряда). Снаряд просвистел над головой и упал в районе гаража отряда… После 2—3 минутной паузы снаряды полетели в бесчисленном количестве и стали рваться в районе казармы роты связи, автороты и комендантского взвода, а также в гараже и в городе. Прибежав на телеграф, я связался со штабом войск г..Белосток и передал оперативному дежурному по штабу войск Белорусского округа, что г. Кретинга обстреливается артиллерийским огнем противника, после чего связь прекратилась. В это же время в 4—00 позвонили с 1-й комендатуры, расположенной в м. Паланга, что немцы перешли границу и атакуют комендатуру силою до полка пехоты при поддержке мотоциклистов и бронемашин. После этого разговора связь прекратилась и с этой комендатурой…

В 4—10 начальник отряда дал распоряжение о переводе телефонного узла в подвальное помещение штаба отряда, но так как штаб отряда находился примерно в 3 км от черты границы, то вскоре в городе завязалась перестрелка и началась эвакуация штаба. После того, как я с товарищами вынес аппаратуру на машину и машина начала выезжать из города, мы завязали уличный бой с наседающей пехотой противника. Отходом личного состава приштабных подразделений и штабом отряда руководил майор Бочаров и комиссар отряда батальонный комиссар Лесняков, а артиллерийский обстрел немцы перенесли за город по отходящим обозам. Так мы вступили в соприкосновение с противником и повели уличный бой. О судьбе застав комендатур сведений не имею. Часов в 7 утра я с лейтенантом Тарасовым был послан в м. Плунге в штаб стрелковой дивизии с пакетом от майора Бочарова, который и доставили. По пути следования вели бой с группой просочившихся автоматчиков, в результате которого было истреблено нами несколько немцев и уничтожен ручной пулемет с расчетом. В 11 часов мы встретились с подошедшими группами нашего отряда и вместе с ними начали отход с боем до м. Телынай. Под Телынаем, заняв оборону, вели 2-дневный бой с численно превосходящим противником. С этого момента я находился при начальнике отряда в качестве связного. Отдельные бойцы и командиры в первом же бою показали беззаветную преданность нашей Родине и нашей партии и били наседающего противника до последних сил. Так техник-интендант Иванов застрелил из-за камня пятерых немцев, но не отошел с занимаемого рубежа.

Немцы вели наступление на нашу комендатуру силой до полка пехоты. Потери, нанесенные нашими подразделениями штаба отряда (рота связи, авторота, комендантский взвод и командирами штаба) противнику насчитывают около 2-х батальонов пехоты и несколько бронемашин.

В районе г. Шауляй мы вышли из окружения и соединились с 62-м стрелковым полком РККА, в котором участвовали в двух контратаках, после чего наш отряд, потрепанный в боях, усталый от переходов, был отведен в тыл…

В местечке под г. Ригой мы соединились с Таурагским погранотрядом (подполковника Головкина), где продолжали нести охрану тыла.

Зайцев Иван Никанорович

Из описания боевых действий пограничников 15 заставы Кретингского пограничного отряда на границе в первые дни войны

4 июня 1942 г.

…21 июня 1941 г. я прибыл на заставу вечером с заданием проверить службу и боевую готовность…

Вместе с начальником заставы мл. лейтенантом Степанковским мы прошли по участку заставы и вернулись на заставу в 1—00 22 июня. Будучи на границе, мы заметили необычные вещи: немцы охраняли границу группами 5—6 чел. и таких групп на участке оказалось шесть; служба неслась непосредственно у черты границы; на немецкой территории слышалось движение транспорта, разговоры, шум моторов.

Было ясно, что враг что-то затевает. Доложили коменданту участка, усилили охрану границы, заставу привели в боевую готовность.

В 4—00 раздалась команда дежурного по заставе сержанта Галынина: «Застава к бою». Когда я вышел из помещения, личный состав заставы уже занял огневые позиции, а три станковых пулемета и четыре ручных изготовились для стрельбы по самолетам.

Оказалось, 9 немецких бомбардировщиков бомбили соседнюю (слева) заставу и заходили на бомбежку нашей.

На нашу заставу фашистские разбойники сбросили около 30 бомб, но ни одна из них не попала в помещение заставы, а пограничникам, находившимся в хорошо оборудованных окопах, бомбы вреда не причинили.

Бомбардировщики ушли на бомбежку следующей заставы, а артиллерийские и минометные батареи врага открыли ураганный огонь по помещению и расположению заставы, а также заградительный огонь, воспрещающий отход заставы.